burial-cemetery-cross-116909.jpg

НА БРАТСКИХ МОГИЛАХ

ОЛЕГ КАЗАКОВ

Эти оглушительные слова Высоцкого, кажется, только сейчас до меня доходят. А в 1982 году 9 мая в День Победы (город тогда назывался Ленинград- так было - я приехал на Пискарёвское кладбище. День был серый, зябкий, сырой. Однако народу довольно. Мемориальное почётное кладбище (не вем, как оно официально именуется). Там захоронены в больших братских могилах жертвы Ленинградской блокады. Кто они эти жертвы? Погибли геройски? Пали от бессилия и лютой тоски? Покончили собою от ужаса? Отдали последний кусок ближнему? Здесь регалий и грамот не выдают. Братская могила. Много братских могил. Это страшная беда и страшная боль. И люди вдруг стали великими. Стали братьями. Потому и последний покой нашли в в братских могилах. Конечно были и сволочи, и мерзавцы, не о них речь… Там, где смерть ширится, непременно будут шакалы… 

У одной из могил я вдруг увидел женщину. Она была одна и стояла у могилы на коленях на холодной земле. Я к тому времени вроде  навидался слёз. Но ещё никогда не видел, чтобы так рыдали. Она рыдала молча, всеми силами уходя в это рыдание. Она не нуждалась в сочувствии, она словно сама была безбрежным сочувствием, состраданием тем, кто покоится в этой могиле. 

Смерть шла по великому городу и косила всех, не спрашивая ни национальности, ни исповедания. И над всем была Жизнь и каждый страдальчески умерший эту Жизнь возвеличивал.

Рыдала женщина молча. О родных, близких, незнакомых… Я никогда не видел, чтобы рыдали молча, тихонько, чтобы никому не помешать. Бывают минуты, когда в боли одного горюющего человека, словно воедино собирается горе всего мира. И весь мир плачет.

Мои отец и мама прошли всю войну.