О ВРАНЬЕ



ЯЗЫК УКРОТИТЬ НИКТО ИЗ ЛЮДЕЙ НЕ МОЖЕТ: ЭТО – НЕУДЕРЖИМОЕ ЗЛО; ОН ИСПОЛНЕН СМЕРТОНОСНОГО ЯДА.

(Иак.3:8)


Ребёнок, едва научившись осознавать окружающий мир, осознаёт и то, что ложь в нём такое же обычное и неизменное, неизбежное явление как дождь, ветер, вечер, день, ночь, утро…

Потому, что лгут практически все и практически постоянно.

Мы называем Бога Богом – правды, Богом – истины.

Другое дело, что искажать истину свойственно нашему уму и восприятию.

Разучить человека врать: безуспешное занятие!

Странное явление – ложь. Это вовсе не просто «дезинформация», проступок, или череда проступков, попытка искажения действительности. Нет! Ложь это образ жизни, одно из руководящих свойств человеческой природы, которое сформировалось, проучается, после вкушения запретного плода…

Наше правдолюбие с прискорбной частотой оказывается ложным – на самом деле мы любим ложь. Она облегчает нам то, что мы называем жизнью, она делает нас более симпатичными в наших собственных глазах.

Лгут юноши и пожилые люди, лгут согбенные старцы, лгут едва научившиеся говорить младенцы.

Вот почему младенцы лгут?!

Как в младенческий ясный ум приходит мысль и решение соврать, обмануть?

Хотя говорить о том, когда мы научаемся лгать – праздный разговор. Вполне возможно, что мы учимся лжи ещё в утробе матери, если туда доносится, что-нибудь из внешнего мира, который только и говорит, что неправду. Написав последние слова, я было приостановился – может быть, здесь некоторое преувеличение. Однако… Ещё царь-пророк Давид самым определённым образом сказал: «всяк человек ложь», и эти же слова решительно подтверждает и повторяет святой апостол Павел…

Любить ближнего «как себя». Любить, зная, что в любой момент можешь быть вольно и невольно обманут, введён в заблуждение, сбит с толку даже самым близким человеком. Но здесь нет противоречия. Здесь – призыв к взаимной пощаде, к пониманию всеобщей немощи, к жалению. Часто, очень часто, обманывающий нас, вовсе не хочет нас обманывать.

Он, может быть, и сам не знает, что он обманывает, или не знает, что с ним происходит. «Ведь люди, в большинстве случаев, «полуразумны», полусознательны. Они странным образом сами не понимают, что творят. Это люди, с которых нельзя спросить многого: полубезответственные, полуневразумлённые. Я уверен, что и со мною неизбежны случаи, когда я, по чисто человеческому неведению, или даже немощи, не отвечаю чаяниям других. или вижу вещи совсем иначе и тем смущаю людей. «Так мы все – нуждаемся в помиловании Божием». К сожалению, не помню, откуда цитата.

Ложь – непреодолимый человеческими силами, закон искажённой природы.

Попробуйте, дорогой читатель, как-нибудь перед сном припомнить сколько раз вы за один только день сказали неправду. Вы убедитесь, что скорее всего это было более одного раза.

Странная вещь – почти любой подросток, окончивший воскресную школу расскажет как можно избавиться от неправды и стать правильным и только правдивым человеком. Окажется, что на словах, это совсем не трудно. Однако, и предполагаемый подросток, и его окружающие, и все мы, непрерывно говорим неправду, и никакие способы нам не помогают. А оправданий в этом у нас всегда – три короба. Собственно, даже и языку нашему присуще свойство быть «прикрасой неправды».

Но « Лжесвидетель не останется ненаказанным, и кто говорит ложь, не спасётся». (Притч. 19,5).

Что же делать? Как быть?

Не знаю, почему и как это со мной происходит. Совсем не хочу обманывать, понимаю, что это грех, что это Богу противно. Но вдруг посреди разговора ловлю себя на том, что я, вроде и не обманываю, но что-нибудь преувеличиваю, или приукрашиваю, или изменяю. Причём делаю это без всякой цели и никакого вреда не хочу…

Итак – без всякой цели… заметим к слову, что отсутствие цели действия есть признак возможной опасности этого действия. А мы призваны свыше к просветлённой осознанности. Хотя с виду никакого греха в приукрашивании или преувеличении нет.

«Жанр» неправды, приукрашивания, привирания, глубоко внедрённый в нас, наверное, наиболее распространён и, кажется, считается наиболее невинным. В нём без особого труда можно различить три разновидности, которые впрочем редко встречаются по отдельности, а чаще прихорашивают, выручают друг друга и любят «спеть хором».

Хотя эти же разновидности можно встретить и во лжи вполне осознанной и намеренной.

1.Умолчание: это когда мы умалчиваем о правде, не разглашаем её. Здесь, однако, труднее всего различить вред и пользу и не впасть в ошибку. Здесь имеет место убеждение некоего человека: если он о том-то и о том-то умолчит, то события представятся слушателю в куда более благовидном – чем на самом деле – образе.

2.Преувеличивать или преуменьшать - всё равно означает говорить неправду, лгать, искажать. Сплошь и рядом это происходит из-за присущего многим хвастовства – от желания прославить себя, показаться ярче, интереснее, значительнее или остроумнее, чем есть на самом деле. И вот, вольно или невольно человек начинает привирать. Вроде бы и ничего особенного: например: «Я сказал ему: отцепись». Тогда как на самом деле, испытывая страх и не зная, куда деваться, пытался как-то прекратить общение и слова «отцепись» не произносил.

3.Гордость, тщеславие и самолюбие, неотлучно присутствуя и действуя в нас, рождают ложь. «Я совершил(а) блуд, но неужели из-за этой мелочи меня ждут несчастья, ведь это произошло случайно и это такой пустяк…»

С трудом выполнив какую-нибудь работу, мы, бывает, хвастаем, что это легче лёгкого и делается играючи. А можем подтолкнуть кого-либо к непосильному делу, которое подорвёт его силы. И таким образом станет источником великого огорчения.

Сейчас разговор не о той явной и жёсткой лжи, которая исходит от настоящего коварства, и удар которой бывает смертелен. Зло этой лжи понятно каждому.

Нет… предлагается поразмыслить о малоприметной, вкрадчивой, гибкой лжи, что вплетается в речь, во взгляды, в прикосновения – можно сказать, во всю жизнь, делая её полувнятной обманчивой.

Я думаю, что привычка хвастать и привирать сильнее курения, и она намного вреднее.

- Знаете…- Говорил мне собеседник - я очень много врал и страшно любил хвастать. Мог попасть в какой-нибудь город, ну, скажем, отдыхать или в командировку. И вернувшись, без всякого злого умысла, плёл кучу выдуманных рассказов. И как я ловко там устроился, и какие странные и удивительные произошли истории и знакомства, и какой успех я имел. Хотя на самом деле складывалось довольно тускло…

Моя собственная жизнь представлялась мне невзрачной, а мне хотелось казаться ярким интересным. Конечно это гордыня, тщеславие. Но я без этого не мог. Это было (а, может, и есть) – сильнее меня. Я так оброс собственными вымыслами, что сам для себя иногда начинал путаться в воспоминаниях: что было, а чего не было. У меня словно образовалось две жизни – одна действительная и другая – напутанная и призрачная, слагающаяся из мечтаний и выдумок.

Сейчас понимаю, что враньё, хвастовство, пустословие – всё ложь, обман!. Но – противная штука – временами всё-таки ловлю себя на вранье. Сам того не замечая начинаю привирать, «прихвастывать».

Противно!

Слушал я его, думал о себе и приходил к убеждению, что помочь может только тот, кто безмерно чист и силен. Творец.

Помоги!